Ава не могла смириться с неизвестностью. Её муж, военный инженер, исчез после испытаний нового оборудования. Официальные лица разводили руками, называя случившееся трагической случайностью. Чтобы быть ближе к месту, где он пропал, и хоть что-то делать, Ава записалась в добровольческий отряд. Эта группа занималась тяжёлой работой — поиском и эвакуацией погибших после локальных столкновений в отдалённом районе.
Работа была мрачной. Они поднимали тела в серых, обугленных скафандрах, почти неотличимые друг от друга. Однажды её группа обнаружила несколько таких фигур в глубоком овраге. Когда Ава помогала грузить одно из тел на носилки, её рука в толстой перчатке случайно коснулась шлема. Под слоем пыли и гари стекло визора на мгновение прояснилось. И ей показалось, что за ним мелькнуло движение — едва уловимое сокращение зрачка.
Она отпрянула, списав всё на усталость и игру света. Но позже, уже в лагерном морге, наблюдая за процедурой подготовки тел, она снова это заметила. Пальцы одной из бездыханных рук дёрнулись, будто пытаясь сжать кулак. Тихий, металлический скрежет раздался из грудной клетки другого солдата, больше похожий на попытку вдоха, чем на механическую поломку.
Начальник отряда, суровый ветеран, отмахнулся от её слов. "Контузия, последние нервные импульсы, — буркнул он. — Такое бывает. Не накручивай себя". Но Ава видела слишком много. Эти "импульсы" были слишком ритмичными, слишком целенаправленными. Она стала оставаться после смены, притворяясь, что проверяет снаряжение. В тишине палатки морга она внимательно наблюдала. И её подозрения подтвердились: процессы, которые все принимали за посмертные рефлексы, имели странную закономерность. Казалось, повреждённые организмы не умирали, а медленно, с чудовищным усилием, пытались перезапуститься.
Однажды ночью, когда дежурный задремал, она решилась на рискованный шаг. Подойдя к тому телу, что было найдено первым, она осторожно расстегнула повреждённый замок на шлеме. Вместо лица человека она увидела бледную, восковую кожу, пронизанную тончайшими синеватыми проводками. Веки приоткрылись. Взгляд мутных, почти стеклянных глаз был пуст, но в нём читалась не животная агрессия, а тихий, всепоглощающий ужас и глубокая растерянность. Губы беззвучно шевельнулись, пытаясь сложиться в слово.
В тот миг Ава поняла страшную вещь. Они искали не тела. Они собирали доказательства. Доказательства эксперимента, который вышел из-под контроля, превратив людей во что-то иное. И где-то среди этих немых, полуживых солдат, возможно, был тот, кого она искала. Её муж. Не мёртвый, но застрявший в ужасном, пограничном состоянии между жизнью и чем-то совершенно непостижимым. Ей предстояло не просто найти его, а понять, можно ли его вернуть, и что на самом деле скрывается за военной тайной, обрекшей его на эту участь.
