В начале шестидесятых годов прошлого века столица Советского Союза оказалась во власти страха. По городу поползли тревожные слухи. Жители Москвы стали запирать двери, прежде открытые для соседей. Причиной стала серия жестоких преступлений, потрясших общество. Владимир Ионесян, вошедший в историю под прозвищем «Мосгаз», оказался первым преступником, которого официально назвали серийным убийцей.
Его метод был прост и оттого особенно ужасен. Он представлялся сотрудником городской газовой службы. Эта униформа доверия открывала ему двери многих квартир. Попадая внутрь, он внимательно изучал обстановку. Его взгляд оценивал не только возможную добычу, но и выбирал следующую жертву. За короткий срок его действия породили в народе леденящую душу легенду. Его кличкой родители пугали непослушных детей, предупреждая не открывать дверь незнакомцам.
Что же толкало этого человека на чудовищные поступки? Следователи и психологи ломали голову над мотивами. Была ли это банальная жажда денег и наживы? Или корни зла следовало искать в личной драме, например, в несчастной любви, искалечившей его психику? Возможно, главной движущей силой являлась патологическая, болезненная потребность лишать жизни других, скрытая под маской бытового грабежа. Его преступления не укладывались в обычную криминальную логику, сочетая в себе корысть и немотивированную жестокость.
Дело Ионесяна стало мрачной вехой в советской криминалистике. Оно заставило полностью пересмотреть методы розыска и взаимодействия служб. История «Мосгаза» навсегда осталась в памяти как символ того, как обыденное доверие может быть обращено против человека. Эта трагическая страница прошлого продолжает вызывать вопросы у историков и психологов, напоминая о темных сторонах человеческой натуры.
