Саймон Уильямс всегда мечтал о славе. Не той, что приходит с обложек комиксов, где он, наделенный ионными силами, парит как Чудо-человек. Нет, его манил настоящий, пахнущий попкорном и дорогим парфюмом, Голливуд. Тот самый, где твою сущность перемалывают в мелкую пыль, смешивают с глянцем и прессуют в удобную для продажи форму.
Его история — это не просто путь супергероя. Это едкая сатира на фабрику грез, увиденная изнутри. Саймон, наследник империи «Уильямс Индастриз», изначально был скорее антагонистом — обиженным на мир «богатым мальчиком», попавшим под влияние барона Земо. Силы, дарованные ему, были не благословением, а очередным гламурным аксессуаром для самоутверждения, вроде личного самолета или роли в скандальном блокбастере. Он хотел быть звездой, а мир предлагал лишь роль статиста в чужой истории.
Переход на сторону Мстителей стал для него не столько пробуждением совести, сколько удачным ребрендингом. Примерно как когда провокационный инди-артист внезапно начинает сниматься в семейных комедиях, расширяя аудиторию. Он сменил образ, обзавелся правильными связями, но его внутренний двигатель по-прежнему работал на аплодисменты. Голливудская мечта оказалась прочнее любой брони: даже сражаясь с космическими угрозами, Саймон подсознательно выискивал лучший ракурс для воображаемых камер.
Ирония судьбы в том, что, обретя невероятную мощь, позволяющую сравниться с самим Тором, он остался заложником системы, где важнее не *что* ты можешь, а *как* ты это продашь. Его попытки стать актером — идеальная метафора для всей индустрии: талант, происхождение и даже сверхспособности меркнут перед необходимостью соответствовать сиюминутным трендам, угождать критикам и продюсерам. Он мог двигать горы, но не мог сдвинуть с места свою карьеру в кино, увязая в кастингах на роли второго плана.
Даже его «смерть» и последующее воскрешение пародируют излюбленный голливудский прием — громкий ребут устаревшей франшизы. Вернувшись, он снова пытался вписаться, будто актер, пропустивший пик популярности и отчаянно ищущий хоть какое-то шоу. Его комплекс неполноценности перед другими Мстителями, его вечный поиск себя — это не просто драма персонажа. Это насмешка над самой природой знаменитости, где публичное лицо никогда не совпадает с частным, а внутренняя пустота маскируется спецэффектами и громкими пресс-релизами.
Саймон Уильямс — это Голливуд в трико. Его трагедия и комедия в том, что, обладая силой, чтобы быть настоящим чудом, он так и не смог перестать быть просто человеком, жаждущим света софитов. В мире, где все — кино, даже спасение планеты выглядит как просто еще один неудачный дубль, за которым последует бесконечная череда новых попыток. Его история напоминает нам, что иногда самая сложная битва — это не сражение с титаном, а борьба за собственное «я» на съемочной площадке жизни, где все вокруг — лишь декорации.
