Скучная рутина офисной жизни медленно, но верно сводила Джека с ума. Каждый день был похож на предыдущий: пробки по дороге в стеклянную коробку небоскреба, бесконечные отчеты, лицемерные улыбки на планерках и тихий гул кондиционера, заглушающий последние проблески индивидуальности. Он чувствовал себя винтиком в огромном, бессмысленном механизме, чья жизнь измерялась стоимостью в час и одобрением начальника. Бессонные ночи в его уставшей от Ikea квартире заполнялись созерцанием каталогов, навязывающих ему новые потребности, которых у него не было. Он копил раздражение, как копят пыль на невытертых полках, и оно искало хоть какую-то щель, чтобы вырваться наружу.
Этой щелью стал Тайлер Дёрден. Он появился внезапно, как сквозняк в герметичном мире. Это был не коллега и не старый приятель. Тайлер пах дымом, бензином и чем-то неуловимо настоящим. Он спал где придется, работал там, где другие даже не подумали бы искать занятие, и смотрел на мир с циничной, почти хищной усмешкой. Его философия была проста и радикальна: всё, во что тебя заставили верить — карьера, статус, диван в рассрочку — это ловушка. Настоящая свобода начинается там, где заканчивается страх, особенно страх боли и разрушения.
Именно Тайлер предложил не просто выпить лишнего в баре, а выпустить пар по-настоящему. Так родились их первые кулачные бои в подсобке за ночным клубом. Без правил, без зрителей, только честный, животный выплеск всей накопленной яроции на бессмысленные презентации, на глупых клиентов, на собственное бессилие. Это было болезненно, унизительно и невероятно очищающе. В синяках и ссадинах Джек впервые за много лет чувствовал себя живым.
Этот личный катарсис быстро перерос во что-то большее. К ним стали присоединяться другие мужчины — такие же изможденные клерки, продавцы, бармены, ощущавшие ту же пустоту. Так появился «Подпольный кулачный клуб». Его первое правило — не говорить о клубе. Второе — НЕ ГОВОРИТЬ О КЛУБЕ. Это был их священный, жестокий ритуал, антитеза их стерильной, предсказуемой жизни. В подвалах и на заброшенных парковках они находили простое, примитивное освобождение через боль.
Но Тайлеру было мало драк. Его видение было масштабнее. Из клуба вырос «Проект Разгром» — тайное общество, чьей целью стало не самоистязание, а системный, анонимный саботаж основ того самого потребительского общества, которое их породило. Их акции были дерзкими и абсурдными: они портили рекламные щиты, подкладывали похабные кадры в семейные фильмы, устраивали провокации в дорогих ресторанах. Для Джека, который еще недавно боялся лишний раз высказаться на совещании, это был головокружительный наркотик свободы. Он сломал свою удобную клетку и с ужасом и восторгом обнаружил, что по ту сторону решетки его ждет не безграничный простор, а хаотичный, опасный мир, созданный его загадочным другом. И этот мир начинал жить по своим, всё более жестоким и непредсказуемым законам.
